1970. Укрощение строптивых и «лунный трактор»
Год конца оттепели и торжества брежневщины. Тренд этот назревал с отставки Хрущева, но в 1970-м маски были сброшены. Разгон редакции «Нового мира» во главе с Александром Твардовским. Кампания против нобелевского лауреата Александра Солженицына. Но было и хорошее! Позитив пришел… с Луны, которую бороздил симпатичный советский «лунный трактор». И с ВАЗа, где поставили на поток легендарную «копейку»—«Жигули». И, не забудем, продолжал набирать обороты хоккейный турнир на «Приз «Известий»!
![](https://100.iz.ru/media/3/news/2017/04/658223/802b8c79636870546ecd3f02f6484193.jpg)
Судя по интернет-источникам, для Запада в 1970-м главной заботой был распад группы The Beatles. А главной радостью — создание группы Queen. Нам бы, как говорится, их проблемы. Хотя в СССР в 1970-м тоже были музыкальные новости: Алла Пугачева сменила место работы, став солисткой Московской областной филармонии. Но тогда ее никто не знал: до триумфа Пугачевой на конкурсе «Интервидения» в польском Сопоте с песней «Всё могут короли» оставалось восемь лет.
Советская интеллигенция переживала тревожные дни. К 1970-му обострилось противостояние между брежневскими идеологами и редакцией журнала «Новый мир», считавшегося последним оплотом либерализма (тогда это слово еще не стало ругательным). Главный редактор — поэт, писатель Александр Твардовский — отражал атаки на издание. В обиходе даже было выражение — «один твард» — как мера журналистской стойкости. Но силы были неравны.
После «страстной недели» лета 1969, когда «Огонек» с подачи ЦК КПСС опубликовал «письмо 11», — писатели обвиняли новомирцев в «космополитизме», — на защиту «Нового мира» оперативно встала американская печать. Разгорелась полемика. Всё это не сулило журналу ничего хорошего. К тому же в 1969-м из Союза писателей СССР исключили писателя-диссидента Александра Солженицына. А ведь в ноябре 1962-го именно Александр Твардовский дал Солженицыну путевку в жизнь, опубликовав в «Новом мире» повесть бывшего зэка под названием «Один день Ивана Денисовича» (изначальное название было «Щ-854»). Добро на публикацию в обход цензуры — Главлита — Твардовскому тогда дал лично лидер СССР Никита Хрущев. И в 1970-м, когда Хрущев был в глубокой опале, непокорному главреду это припомнят. Как и его ходившую в самиздатовских (машинописных) списках поэму «По праву памяти». В ней, как и в поэме «Теркин на том свете», Твардовский пересмотрел свое отношение к сталинизму. Но если «Теркина на том свете» успели опубликовать аджубеевские «Известия» в феврале 1963 года, после выноса тела Сталина из Мавзолея, то «По праву памяти» дойдет до читателей только в годы перестройки. Последней каплей в противостоянии с режимом станет смена обоих замов без ведома главного редактора. Твардовский выйдет из больницы и… уйдет из «Нового мира». Эта история дорого ему обойдется — в 1971-м поэта не станет.
Так был укрощен строптивый журнал, почти два десятилетия твердой рукой Твардовского открывавший самобытных авторов, которые не пели осанну партии, а имели свой взгляд на происходящее в стране. Сегодня их имена входят в золотой фонд отечественной литературы: Василий Белов, Федор Абрамов, Виктор Астафьев, Василий Шукшин.
Однако разгромом «Нового мира» литературные потрясения года не закончились. Наоборот, они только начинались.
8 октября пришла весть о присуждении Нобелевской премии по литературе Александру Солженицыну — писателю, открыто критиковавшему советский строй, прошедшему лагеря и ссылки. Интересная деталь: Нобелевский комитет впервые объявил свое решение досрочно — во второй четверг октября вместо четвертого, как принято. Тем самым была сорвана советская интрига: делегация членов Союза писателей СССР намеревалась поехать в Стокгольм — влиять на общественное мнение, чтобы Солженицыну премию не присуждали. Но в итоге ехать ей оказалось некуда и незачем.
Советские СМИ развернули пропагандистскую кампанию против Солженицына. Говорят, к ней даже привлекли американца Дина Рида. «Известия» уже 9 октября публикуют редакционную статью «Недостойная игра». Как выяснится из более поздней публикации «Известий» (1992), ее спустили из ЦК КПСС. Впрочем, об этом нетрудно догадаться по ее стилю. Предлагаем вам ознакомиться с обоими материалами (читайте «Известия от 9 октября 1970 года и «Известия» от 24 марта 1992 года).
В статье от 9 октября 1970 года Нобелевский комитет обвиняется в политиканстве (что, в общем, так и было). Отчего не удостоили Нобелевской премии таких всемирно признанных гениев русской литературы, как Лев Толстой, Антон Чехов, Максим Горький? Вопрос этот скорее риторический. Да и Борису Пастернаку премию дали после выхода на Западе его романа «Доктор Живаго». А до того поэта номинировали шесть раз, но всё впустую. С Солженицыным было так же: премию присудили, когда его неудобные для советской власти вещи «Раковый корпус» и «В круге первом» напечатали на Западе. Кстати, в истории нобелевских лауреатов этот случай уникальный — когда от первой публикации автора (1962) до присуждения ему высокой награды (1970) прошло всего 8 лет.
То есть налицо явная политическая конъюнктура. Этот момент отмечен и в уникальном. интереснейшем документе — рассекреченной архивной переписке между КГБ и ЦК КПСС, которую «Известия» публикуют 24 марта 1992 года. Респонденты КГБ из числа литераторов и деятелей культуры (КГБ выяснял их мнения о присуждении Нобелевской премии Солженицыну) так и говорили: премия политизирована. Так, писатель Вениамин Каверин, «признав присуждение Солженицыну премии справедливым, подчеркнул политический характер этой акции: «Решение Нобелевского комитета — это вызов, который брошен нам, и сделан он вполне сознательно». Другие припоминали, что «Нобеля» не зря вручили Михаилу Шолохову (1965) — единственному писателю-недиссиденту из всех четверых (на тот момент) отечественных нобелиатов. Создав, таким образом, иллюзию объективности и лишив «русских» аргумента — что награждение, мол, преследует политические цели.
В основном же интеллигенция СССР к премированию Солженицына отнеслась спокойно. Академик-математик Андрей Колмогоров сказал, что «премия заслуженная», и полюбопытствовал, «выпустят ли Солженицына ее получить» (не выпустили). Писатель Юрий Трифонов высказался по обыкновению резко: «Было бы идиотизмом уделять присуждению Солженицыну премии слишком много внимания, и не следует делать из него проблемы номер один».
Однако, хотели того советские власти или нет, «проблема» была. И она будет тянуться до января 1974 года — пока Политбюро ЦК КПСС не проголосует за высылку Солженицына из страны. А, точнее, до 1994 года, когда ссыльный писатель не вернется на родину — уже после распада СССР. По совпадению, это случится 27 мая — как и возвращение в 1932 году в Москву из Европы Максима Горького. Только Солженицын прилетит из США в Магадан. А оттуда — поездом — в Москву.
Из других литературных событий 1970-го хочется упомянуть выход книги, не отмеченной никакими наградами, кроме всенародной любви. Это «Желтый Туман» Александра Волкова — продолжение замечательной сказки «Волшебник Изумрудного города». Представьте себе, ее опубликовал такой серьезный журнал, как «Наука и жизнь», причем с великолепными иллюстрациями. И книга эта живет до сих пор, и премий ей не надо — она и так прекрасна.
Такой же народной любовью пользуется сегодня и вышедший на экраны в 1970-м «истерн» Владимира Мотыля «Белое солнце пустыни». Разве можно сегодня представить нашу жизнь без этой картины? А тогда ее культовой судьбы ничто не предвещало. Фильм снимали с перерасходом времени и средств, режиссер нервничал. Федор Луспекаев (таможенник Верещагин) так плохо себя чувствовал на съемках, что жена таскала за ним складной стул — чтобы актер мог отдохнуть. Но, несмотря на это, Луспекаев держался мужественно и на костылях сниматься отказался. Своим обаянием фильм во многом обязан именно ему. И, конечно, песне «Ваше благородие, госпожа удача», которую композитор Исаак Шварц и поэт Булат Окуджава специально писали под Луспекаева и которую мы напеваем под гитару уже почти полвека.
В дни премьеры фильма Мотыля с конвейера «АвтоВАЗа» в Тольятти сошел первый советский автомобиль ВАЗ-2101 на базе итальянского FIAT. А проще говоря, знаменитая, легендарная ныне «копейка»-«Жигули»! С ней отечественный автопром связывал большие надежды, планируя выпускать этих автомобилей по 700–800 тыс. в год. «Два года советские и итальянские конструкторы испытывали машину ФИАТ-124 на полигоне и на дорогах нашей страны, доводили ее конструкцию», — напишут «Известия» после старта серийного выпуска машины. «Копейка» оказалась в два раза легче «Волги», но так же свободно вмещала пять человек. И разгонялась до той же скорости — 140 км/ч. При этом бензина тратила в два раза меньше — всего 8–9 л из расчета на 100 км пути (читайте «Известия» от 21 сентября 1970 года).
Однако достижения конструкторов ВАЗ-2101, при всем уважении, меркнут в сравнении с подвигом создателей первого советского лунного транспорта — «Лунохода-1». 17 ноября 1970 года он выкатился по специальному трапу из совершившей мягкую посадку на Луну советской автоматической космической станции «Луна-17». Семь суток — с 10 по 17 ноября — мир следил за полетом к Луне советской ракеты. И вот он, долгожданный миг! Ажурная колесница пускается в путешествие по Морю Дождей — огромному лунному плато в окружении гор. Картинка передается на Землю четко — космический телемост в действии! А ведь все делается впервые, и управление идет дистанционно — за сотни тысяч километров.
Луноход «пошел» в народ. Про него рассказывали анекдоты, Владимир Высоцкий увековечил лунного трудягу в шутливой песне: «Уважаемый редактор! Нам бы лучше про реактор, про любимый лунный трактор…» «Лунный трактор» проехал по спутнику Земли более 10 тыс. км за 300 дней, собрав бесценные научные сведения. Казалось, еще вот-вот — и нога советского человека ступит на Луну. Где, как показал луноход, не было воспетой фантастами «лунной пыли». А было… Но не будем забегать вперед.
Архив газеты «Известия»:
Трагедия года
Захват самолета Ан-24 и убийство стюардессы. Сегодня, когда о терактах сообщают чуть ли не каждый день, все равно невозможно привыкнуть к человеческим трагедиям. А в СССР катастрофы (а они бывали!) скрывались от прессы. То же случилось и 15 октября, когда, впервые в истории Советского Союза, террористы, отец и сын Бразинскасы, успешно захватили гражданский самолет Ан-24, следовавший из Сухуми в Батуми. Они убили бортпроводницу Надежду Курченко, которая пыталась преградить им путь в кабину пилотов. Ранили пилотов и заставили их посадить лайнер в Турции. Но в «Известиях» 1970 года — лишь скупые строчки указа Верховного Совета СССР: «За мужество и отвагу, проявленные при исполнении служебных обязанностей, наградить орденом Красного Знамени Курченко Надежду Владимировну — бортпроводницу самолета Ан-24 Сухумского аэропорта гражданской авиации». Страшные детали того рейса, горе и боль матери, потерявшей 19-летнюю дочь, и надежду на возмездие убийцам — обо всем этом читатели узнают только в 1987-м. (Читайте «Известия» от 24 октября 1970 года и от 16 июня 1987 года).
Турнир года. Международный хоккейный турнир «Приз «Известий» проходит в 1970-м году в четвертый раз. Его уже называют малым чемпионатом мира. Зарубежные ТВ-компании борются за право показа соревнований из Москвы в своем эфире. Турнир 1970-го года принес сюрприз: впервые победила зарубежная команда – Чехословакии. СССР взял серебро. Шведы — бронзу. Призы вручали главный редактор «Известий» Лев Толкунов и президент Федерации хоккея СССР Георгий Мосолов. Чехи получили огромный расписанный золотом хохломской ларь. А лучшие хоккеисты — еще и большие расписные ложки. Кстати, подарки каждый год были новые. А в газете талисман турнира — Снеговик — подвел итоги конкурса. Всего за неделю турнира он «прочитал» 61 734 письма! «Тая от восторга», Снеговик наградил 12 победителей. Клюшки с автографами звезд советского хоккея и, конечно, с автографом Снеговика отправились в Кривой Рог, Краснодар, на станцию Потьма Мордовской АССР. (Читайте «Известия» от 14 декабря 1970 года).
Лица года
Генерал Шарль де Голль. Французский военный и государственный деятель ХХ века. По масштабу личности сопоставим с Наполеоном I. Считал, что его миссия — прославить Францию, сделать ее великой. Из малоизвестного бригадного генерала после гитлеровского вторжения во Францию в 1940-м он стал национальным лидером, возглавив антифашистское движение Сопротивления. За это коллаборационистское «правительство» в Виши заочно приговорило его к смерти. А всего на жизнь генерала было 32 покушения. Благодаря де Голлю Франция в 1945 году стала одной из держав-победителей во Второй мировой войне (чему активно противились США). В 1958-м де Голль — первый президент (и основатель) французской Пятой республики (вплоть до 1969 года). Советские люди благодарны де Голлю за создание легендарного авиаполка «Нормандия-Неман», где бок о бок сражались с фашистами советские и французские летчики. Де Голль не поддерживал коммунизм как идеологию. Однако понимал важность франко-советских отношений и многое сделал для их развития. Не раз бывал в СССР. Проводил независимую, «антиатлантическую» политику. Вывел Францию из состава НАТО (впоследствии ее туда снова включил Франсуа Миттеран). (Читайте «Известия» от 11 ноября 1970 года).
Александр Солженицын. Советский русский писатель, философ, общественный деятель, правозащитник. По образованию математик. Фронтовик. Начал войну рядовым, с 1943 по 1945 год дослужился до капитана. Командовал батареей акустической разведки, награжден орденами. Зимой 1945 за антисталинские высказывания арестован. Судим, отправлен в лагерь, затем в «вечную» ссылку. После освобождения преподавал в школе математику. Писать начал на фронте. В лагере пересмотрел отношение к марксизму, перейдя на позиции православного патриотизма. В 1962-м году журнал «Новый мир» публикует повесть Солженицына о лагерной жизни — «Один день Ивана Денисовича». Дебют в литературе приносит огромную популярность. Со всей страны ему пишут бывшие заключенные. Так рождается замысел полудокументальной книги «Архипелаг ГУЛАГ». Ее публикация на Западе в декабре 1973 году послужит поводом для высылки писателя из страны и лишения его гражданства. На родину Солженицын вернется в 1994-м, после 30 лет вынужденной эмиграции. Также известен своими публицистическими статьями («Как нам обустроить Россию?») и другими. (Читайте «Известия» от 9 октября 1970 года и от 24 марта 1992 года).
Михаил Герасимов. Советский ученый, антрополог, археолог. Автор научной школы пластической реконструкции, создатель всемирно признанного метода восстановления лица по черепу. В 14 лет вскрыл первое погребение людей каменного века в Иркутске. В 18 лет опубликовал первую научную работу. В 20 — реконструировал череп питекантропа и неандертальца. Его девиз — никакого украшательства, только документальность. Поэтому «метод Герасимова» так ценят специалисты других наук (криминалисты). Лаборатория антропологической реконструкции Герасимова в Москве творила чудеса. Здесь восстановили облик Ивана Грозного, Улугбека, Тимура, Федора Ушакова, царя Федора Иоанновича, Ярослава Мудрого, Андрея Боголюбского, Хаджи-Мурата и других исторических деятелей. Благодаря Герасимову мы знаем, как 25 тыс. лет назад выглядели кроманьонцы — жители Сунгиря (г. Владимир) — самой северной в Европе стоянки доисторического человека. (Читайте «Известия» от 221 июля 1970 года).